На усиленный вариант несения службы переведены все силовые структуры Узбекистана. Причиной обеспокоенности традиционно служит весна, которая редко проходит здесь без экстремальных ситуаций. Этаких локальных «паводков» недовольных групп населения, вынуждающих существующую власть на ходу менять концепцию взаимоотношений с собственным народом.

Достаточно вспомнить, что именно в весенние месяцы два года подряд происходили взрывы в Ташкенте, а 13 мая минувшего года в узбекском городе Андижан была совершена попытка государственного переворота с применением оружия и захватом заложников.

Опасения повторения нечто похожего на Андижан, судя по всему, разделяют и западные страны, дипломатические представительства которых работают в Ташкенте. Известно, к примеру, что Госдепартамент США распространил предупреждение, где рекомендует гражданам своей страны по возможности воздержаться от поездок в Узбекистан.

Особое внимание МВД, СНБ, МО республики сосредоточено сегодня на границах с сопредельными государствами, включая те, что считаются братскими и входят в состав Содружества.

В первую очередь, речь идет о Киргизии, на юге которой, по мнению узбекских спецслужб, бандиты «могут свободно разгуливать с оружием в руках». С территории Ошской области Кыргызстана на Ферганскую долину Узбекистана непрерывно вещают несколько оппозиционных режиму Ислама Каримова радиостанций и, несмотря на то, что их пытаются «глушить» с помощью специальных средств подавления радиоволн, имеющихся в структуре Министерства обороны, нельзя полностью исключить  идеологическое влияние радиоголосов на умы и настроения населения. Радиостанции, адресное вещание которых направлено на развитие демократических принципов правления и соблюдение политических и гражданских свобод, по-прежнему слушают, хотя втайне даже от соседей по кварталу.

В целом же Ферганская долина, всегда слывшая «головной болью» президента Узбекистана, пока не проявляет признаков особого беспокойства или неповиновения властям. Сказываются массовые «зачистки», произведенные здесь после андижанского мятежа. Однако это вовсе не повод для успокоения. Практика последних лет показала, что акции организованного протеста всегда готовились в тайне от спецслужб и всегда были для них полной и абсолютной неожиданностью.

Косвенным подтверждением шаткости политической стабильности в Узбекистане, к примеру, служит такой факт. Сегодня в Андижане, Намангане, Маргилане при проведении свадебных торжеств больше времени отводят проповеди настоятеля местной мечети, нежели напутственному слову молодым от лица местной администрации.

На это можно не обращать внимания, если бы не специфика подобных монологов, нередко выстроенная на доминанте религиозных начал перед светскими принципами.

Пытаясь хоть как-то противостоять религиозной пропаганде, власти принимают одно решение за другим в надежде снизить уровень социальной напряженности в самом густонаселенном регионе республики.

Демонстрируется либерализация экономической деятельности, раздается земля тем, кто, по мнению официальных структур, способен ее обрабатывать, интенсифицируется благотворительная деятельность различных фондов.

В то же время Ислам Каримов по-прежнему не готов к предоставлению своим соотечественникам истинных свобод - свободы слова, митингов, собраний, манифестаций. Президент резонно видит в них угрозу своему пребыванию на высшем государственном посту, поскольку искренне считает, что любая протестная акция населения в условиях Узбекистана автоматически перейдет в вооруженное столкновение протестующих с органами правопорядка и национальной безопасности.

Что ж, скорее всего, гипотетически все будет происходить именно так. Однако, исключив гражданские и политические свободы из обращения внутри республики, Ислам Каримов рискует получить тотальный взрыв с абсолютно нежелательными последствиями. Теми, что в один день отбросят Узбекистан в мракобесие средневековья.

Надежды светски настроенных оппозиционеров,  мечтающих о цивилизованном Узбекистане, видимо, слишком иллюзорны и не имеют под собой веских оснований. Образованная оппозиция, способная управлять страной, имеющая свои убеждения и вес в весьма неоднородном узбекском обществе, давно покинула пределы этой страны и возвращаться, судя по всему, не намерена.

Те же, что остались и претендуют на оппозиционность, вряд ли сумеют перехватить власть в случае ее падения и уж совсем не способны удержать ее.

Не тот уровень…