Настоящие облавы на легковые автомобили с тонированными стеклами начали сотрудники ГУБДД МВД Узбекистана.

Надо сказать, что тонированные стекла в условиях палящего узбекского солнца - чаще вынужденная мера, нежели стремление владельцев машин как-то выделиться из общей массы, подчеркнув свою индивидуальность.

Те, кто действительно считает себя «неприкасаемым» и реально стоит над законом, естественно, не обращают внимания на милицейские рейды.
 
С абсолютно черными стеклами в Ташкенте, к примеру, ездят все высокопоставленные чиновники правительства, сотрудники прокуратуры, СНБ, дети и ближайшие родственники этих сотрудников, авторитетные бизнесмены и охрана авторитетов, а также обе дочери президента и их телохранители.
 
Номера машин этой категории граждан принципиально отличаются от номеров автомобилей простых смертных, а посему подобную затемненную дочерна технику не посмеет остановить ни один сотрудник ГУБДД.

Останавливают рядовых.

Именно рядовые либо откупаются взяткой в несколько тысяч сумов (реально эквивалентной 5-10 долларам США), либо вынуждены согласиться с отгоном личного автомобиля на так называемую штрафплощадку.
 
На площадку многим не хочется, поскольку МВД не дает никаких гарантий владельцу автомобиля относительно сохранности машины, комплектующих и топлива в бензобаке. Оно вообще никому никаких гарантий не дает.

Поэтому более широкое применение нашли банальные взятки, кои в Узбекистане милиция и так берет на каждом шагу.

Репрессируя за езду на машинах с тонированными стеклами, постовые милиционеры ссылаются на некий закрытый для широкой общественности приказ председателя СНБ Узбекистана Рустама Иноятова.

То же самое подтверждают и их руководители, регулярно выезжающие на трассы для контроля исполнения приказа.

Что ж, зная специфику этой крайне солнечной республики, можно сказать, что, скорее всего, так оно и есть.

Думаю, что Служба национальной безопасности, энергично взявшаяся за искоренение на дорогах автомобилей с тоном на стеклах, тем самым автоматически констатирует свою полную и абсолютную профессиональную непригодность.

СНБ и МВД, в разной степени ответственным за порядок и спокойствие в республике, видимо, стоит публично признать, что они давно разучились работать, не имеют ни серьезной и достоверной оперативной информации, ни соответствующей агентурной сети.

Неумение и нежелание работать обе силовые структуры традиционно компенсируют неоправданными и неразумными запретами.

Гости Узбекистана, к примеру, сильно удивляются, когда, приземлившись в ташкентском аэропорту, видят, что несколько громадных автомобильных стоянок, изначально предназначенных для парковки, оказываются закрытыми для въезда и выезда.

Граждане других государств не могут взять в толк, почему в здание ташкентского аэровокзала не пускают никого, кроме тех, кто должен вылететь…

Им говорят: система безопасности, вам же спокойней, террористы сюда не войдут.

Но помилуйте, в аэропорту Франкфурта-на-Майне каждую минуту приземляется или взлетает один самолет, но в здание аэровокзала при этом может войти любой.
 
…Наивно предполагать, что террористы станут использовать в своих целях машины с тоном, да и не было ни одного такого случая за всю историю совершения террористических актов в Узбекистане.

В феврале 1999 года на главной площади столицы республики взорвалась припаркованная «Волга», за всю свою 40-летнюю историю не имевшая тона на стеклах!

Простые и дешевые машины использовали и при совершении иных диверсионных действий.

Впрочем, автор не столь наивен, чтобы не предполагать подлинных причин инициированных СНБ милицейских облав на некоторые автомобили.

Во-первых, всегда можно поставить «галочку» в графе «борьба с терроризмом», тем самым блестяще отрапортовать о проделанной работе перед самым высоким в стране начальником.

Во-вторых, любой запрет автоматически предполагает серию исключений, которые делают за определенное вознаграждение или по наличию которых можно определить истинный вес той или иной персоны в стране.

Проще говоря, одних силовые ведомства регулярно «доят», обеспечивая преференции, другие попадают в категорию тех самых «неприкасаемых».

…В Узбекистане любят пространно рассуждать о равенстве всех перед законом - вне зависимости от должности, национальности или вероисповедания. Однако в обычной жизни тем, кто при власти и при погонах соответствующего цвета, всегда можно значительно больше, нежели тем, кто за неимением погон вынужден ходить в рубахе навыпуск и галошах на босу ногу…

Сергей Ежков.