Внесение Исламом Каримовым на рассмотрение парламента ряда законопроектов, предусматривающих определенное повышение значимости политических партий республики в подготовке и принятии решений государственного масштаба, не исключено, может в корне изменить основные принципы государственного устройства Узбекистана.

Проекты, как многие помнят, президент внес в конце прошлого года, практически день в день с прибытием в Брюссель авторитетной узбекской делегации, намеренной изучить точку зрения Европейского Союза на перспективы политического и экономического сотрудничества с Узбекистаном.

Тогда многие аналитики расценили этот шаг главы государства как пропагандистскую акцию, которая должна была убедить европейское сообщество в искреннем стремлении Узбекистана к либерализации политической системы, поэтапно отказывающегося от авторитарных методов правления.

Что ж, отчасти это было действительно так, однако Ислам Каримов не был бы столько лет первым лицом государства, если бы не просчитывал свои действия на несколько ходов вперед. Это не комплимент, а банальная констатация факта, основанная на анализе всех предыдущих акций бессменного руководителя суверенной республики.

Внесение законопроектов, в которых совершенно четко предусматривалось усиление роли партий, включая оппозиционные, преследовало, как мне теперь кажется, куда более значимую и долговременную цель.

Не случайно, начиная с января этого года, парламентарии начали активно работать над президентскими законопроектами, оперативно и без лишних рассуждений принимая их в первом, втором и третьем чтении.

Понятно, что подобная активность отнюдь не случайна и не является заслугой депутатов.

Депутаты в Узбекистане – абсолютно пустое место с точки зрения даже теоретической вероятности их влияния на принятие решений.

Депутаты обеих палат парламента, как правило, лишь используют свое положение для реализации вполне конкретных планов, в основе которых повышение уровня личного благосостояния, благосостояния ближайших и дальних родственников,  а также земляков, лакеев и прислуги за все.

Депутаты парламента изначально ведомы, лояльны президенту и послушны ему. А посему будут делать только то, что желает высшее должностное лицо государства, параллельно и регулярно прославляя лицо как ум, честь и совесть суверенного Узбекистана.

Отталкиваясь от этого бесспорного факта, можно с уверенностью говорить, что быстрое рассмотрение и одобрение законопроектов, предложенных президентом, диктуется именно его пожеланиями.

Так чего же хочет Ислам Каримов? Европейской демократии с узбекской спецификой, подлинного парламентаризма, позволяющего хотя бы немного оживить политическую жизнь республики и, как следствие, вывести страну из экономической стагнации, предоставив простор для частной инициативы?

Вполне возможно, хотя и не слишком реально. Скорее, все-таки подлинный замысел с конституционными законопроектами состоит в том, чтобы уже в ближайшие месяцы легитимно и законно трансформировать Узбекистан из президентской республики в парламентскую.

Спрашивается, зачем?

Во-первых, в случае внесения изменений в Конституцию Узбекистана, к примеру, ограничивающих функции президента страны представительскими полномочиями, Ислам Каримов уже в начале будущего года может стать премьер-министром со всеми вытекающими отсюда позитивными последствиями.

Он вновь будет стоять у руля государства, автоматически исключив упреки в узурпации власти со стороны зарубежных критиков нынешнего узбекского режима.

Во-вторых. Парламентская форма правления при условии безоговорочного единоначалия премьер-министра и при всех бесспорных издержках все равно существенно улучшит имидж Узбекистана на международной арене.

Де-юре будет соблюдена форма, а саму акцию обставят соответствующими демократическими декорациями.

Де-факто международному сообществу, больше обращающему внимание на форму, всегда глубоко наплевать на сущность.

Высокомерная Европа и США найдут веские основания приветствовать «демократические преобразования» в Узбекистане, что позволит государствам Старого и Нового света сделать вид, что отныне некогда опальная солнечная республика стала полноправным членом цивилизованного сообщества.

А раз так, то и сотрудничать с нею во всех без исключения областях грехом не является. Что бы ни говорили по этому поводу правозащитные организации, независимые фонды поддержки демократии и так далее.

В-третьих. В случае конституционных дополнений и изменений, необходимость которых автоматически предполагается президентскими законопроектами, Ислам Каримов получает единственный законный шанс продолжить начатые им же преобразования, не ограничивая себя в возможностях, оставаясь (теперь уже в качестве премьер-министра) полновластным хозяином земли узбекской и главным ее реформатором.

А что же президент? Кто заменит Ислама Каримова на этом посту? 

Принимая за основу, что изменения некоторых положений Конституции Узбекистана в существенной степени сведут полномочия главы государства к сугубо формальным, можно предположить, что это кресло уже подготовлено для Шавката Мирзиеева, на данный момент занимающего должность руководителя правительства, но реально таковым не являющимся.

Если предположить вероятность именно подобного развития политической ситуации в Узбекистане, можно констатировать полное сохранение суммы при формальной перемене мест слагаемых.

Вся полнота власти вновь будет принадлежать Исламу Каримову, а его нынешнему сподвижнику останется только делать умное лицо, изредка принимая в своих покоях (нынешняя резиденция президента Ок Сарой автоматически станет резиденцией премьер-министра) третьестепенных иностранных вояжеров.

Впрочем, при определенном стечении обстоятельств, все может сложиться совершенно не так. Говорят, что Шавкат Мирзиеев очень спешит закрепить преданных ему людей на ключевых постах в столице и регионах.

Зачем ему это? Неужели своя игра?...