Сегодня, спустя две недели со дня освобождения главы администрации Самаркандской области Аъзамхона Бахромова от занимаемой должности, становятся известны факты, предшествовавшие громкому отстранению и определившие гневную речь президента перед депутатами областного совета.
Начнем с того, что еще месяц назад речь о замене областного хокима вообще не шла. Напротив – у президента сложилось мнение, что А. Бахромов достаточно успешно справляется с порученным делом, а посему его можно утвердить в качестве первого лица Самаркандской области. Утвердить, значит убрать унизительную и двусмысленную приставку и.о. – исполняющий обязанности. Премьер-министру даже было поручено провести собрание областного актива, на котором и предложить депутатам утвердить кандидатуру А. Бахромова, сделав его полноправным хозяином этого сложного во всех отношениях региона.
Однако Шавкат Мирзияев, движимый каким-то обостренным внутренним чувством, свойственным чиновникам подобного уровня, не спешил выполнять поручение, периодически откладывая его во времени на более поздний срок. Сейчас можно сказать, что эта осторожность оказалась отнюдь не лишней и фактически вывела премьера из-под удара первого лица государства.
Уверенным себя чувствовал и Аъзамхон Бахромов, тем более, что его продвижению по карьерной лестнице способствовала очень влиятельная фигура, формально находящаяся вне высших эшелонов власти.
Ситуация изменилась после того, как по линии Региональной антитеррористической структуры (РАТС) ШОС, а также по каналам родственных ей ведомств Узбекистана и СНГ поступила информация о некоем чеченце, который, по оперативной информации, был причастен к финансированию боевиков и имел солидный бизнес и связи с руководителями Самаркандской области. В перечне лиц, фигурировавших в добрых друзьях выходца с Кавказа, по некоторым данным, числился исполняющий обязанности хокима Самаркандской области Аъзамхон Бахромов.
Конфиденциальная информация тут же была доведена до сведения Ислама Каримова, после чего последовали соответствующие команды. Чеченский бизнесмен был задержан, однако, соблюдая вступившие в силу новые нормы закона, прокуратура направила материалы в суд для получения санкции на арест подозреваемого.
И тут произошло то, чего никто не ожидал. Судья санкции на арест не дал. Почему, сегодня пытаются узнать следователи, а может, и узнали уже. Предположить же истинные причины подобного решения судьи не сложно. Не исключена банальная взятка, но в совершенно неординарных, то есть особо крупных размерах. Впрочем, это пока только версия.
Представителя братского чеченского народа отпускают с миром, и он тут же покидает Самарканд. Дальнейшие поиски подозреваемого результатов не приносят.
Эта информация тут же ложится на стол Ислама Каримова и, естественно, приводит его в ярость. Дата внеочередного заседания кенгаша народных депутатов и внесение в повестку дня так называемого организационного вопроса определена в тот же день. Параллельно президент просит предоставить ему объективные и непредвзятые сведения о состоянии дел в Самарканде и области. Не только в сфере экономики, но и те, что касаются конкретных персоналий. В частности, тех, что имеют с ним родственные отношения либо эпизодически используют его имя в качестве «золотого ключика», открывающего любые административные двери.
Сведения также не вызывают восторга.
… В Самарканд Ислам Каримов прибывает отнюдь не в лучшем расположении духа и с твердым намерением в очередной раз показать всем, кто хозяин в Узбекистане. В очередной, поскольку схожую по терминологии и фактам попытку президент уже предпринимал в 1998 году, с треском снимая с должности хокима Самаркандской области Алишера Мардиева. Именно тогда, в 1998 году, Ислам Каримов в сердцах бросил уникальную по своей искренности и разочарованию фразу: «К кому пойдут люди, если сами служители закона преступники?»
Говоря о служителях закона, президент имел в виду сотрудников милиции, прокуратуры и, конечно же, администрации области, погрязшей в коррупции. Речь Ислама Каримова, с неподдельной болью оценивающего ситуацию в Самаркандской области, не прошла бесследно. Прокуроры попрятали дорогие иномарки или переоформили их на дальних родственников. Страна словно замерла, ожидая дальнейших действий главы государства по восстановлению справедливости. Люди воспрянули духом, убедившись, что президент с ними, что он не изменился, сохранив свойственную ему принципиальность…
Не дождались. Гром стих, молнии исчезли. Борьбы с коррупцией в масштабах республики не последовало. Отстраненный от должности областного хокима Алишер Мардиев немного отсиделся на скромных должностях, пережидая бурю. Тем более, что тогда она коснулась своим крылом и его свата – Генерального прокурора Узбекистана Буритоша Мустафаева, также лишенного места.
Вскоре, однако, все стало на свои места. Поостыв, президент вспомнил о бывшем Генеральном прокуроре и назначил его министром юстиции взамен ушедшего Абдусамата Палван-заде. Сват вспомнил о родственнике и, заручившись согласием главы государства, вернул его во власть в качестве заместителя начальника областного управления юстиции. Когда Б. Мустафаев стал председателем Конституционного суда, а затем и председателем Верховного суда Узбекистана, его сват А. Мардиев возглавил областное управление юстиции. В этом качестве он и пребывает по настоящее время.
Говорят, что сейчас А. Мардиев удачно совмещает государственную службу с прибыльным бизнесом, являясь совладельцем нескольких птицефабрик в Самаркандской области…
Возвращаясь к событиям десятилетней давности, можно напомнить, что тогда своих мест лишились очень многие влиятельные чиновники регионального уровня, включая начальника управления СНБ по Самаркандской области Валиджона Турдиева, через своих подчиненных занимавшегося вымогательством. В. Турдиева, правда, не осудили, ограничившись тем, что заставили вернуть в казну свыше 280 тысяч долларов США. По имеющимся сведениям, сейчас бывший чекист живет в Андижанской области, откуда и родом...
Однако вернемся к внеочередному заседанию кенгаша Самаркандского областного совета народных депутатов. Относительно полный текст выступления Ислама Каримова перед депутатами опубликован только на узбекском языке, на русском же языке текст подвергнут приличной кастрации.
Вполне вероятно, что таково было пожелание самого главы государства. Так вот, характеризуя ситуацию в Самаркандской области и деятельность чиновников областного звена управления, Ислам Каримов употребляет жесткое слово «купорувчи» (ошибки в правильном написании обусловлены отсутствием клавиатуры на узбекском языке). Самое мягкое значение термина – вредительство, самое жесткое – терроризм.
Узбекские газеты не расшифровывают, почему и в связи с чем президент употребляет эту характеристику. Постараемся восполнить этот информационный пробел. Ислам Каримов откровенно говорит депутатам, что в Самарканде есть люди, которые, по данным спецслужб ряда государств, причастны к финансированию международного терроризма. Более того, глава государства заявляет, что эти люди имели дружеские и коммерческие отношения с руководством области.
Депутаты испытывают шок от сказанного. А некоторые из присутствующих начинают нервно ерзать в креслах.
Далее президент напоминает о том, что в Узбекистане закон един для всех и в этой стране нет лиц, недосягаемых для закона. Он на минуту останавливается и оглядывает зал, как бы в поисках понимания важности того, что сказал. После чего совершает небольшой экскурс в историю, о которой необходимо рассказать непременно.
В начале восьмидесятых годов в отношении одного из братьев Ислама Каримова – Хуршида – было возбуждено уголовное дело по факту хищения социалистической собственности. Нынешний президент и тогда был влиятельной фигурой во власти, и этим решили воспользоваться самаркандские парламентеры, вознамерившиеся походатайствовать за брата.
Ответ Ислама Каримова на просьбу родственников хорошо известен, хотя я не помню, чтобы он упоминался в каких-то публикациях. Тогда Ислам Каримов сказал, как отрезал: «Если виноват, пусть отвечает по закону». На том встреча и завершилась.
В тезисной и сжатой форме президент напомнил депутатам ту теперь уже давнюю историю, после чего, жестко чеканя каждое слово, сказал: «Кому-то хочется думать, что я изменился с того времени и стал другим. Хочу сказать всем: я остался таким же и не изменился. Не верьте тем, кто прикрывается моим именем, пытаясь в обход закона решить свои дела».
Телекамеры, находившиеся в зале заседаний, остановились на лице председателя Самаркандского облпотребсоюза Азимхона Омонуллоева – племянника президента. Племянник опустил глаза…
Президент сделал паузу, еще раз оглядел зал, затем, развернувшись вполоборота к президиуму, уже более мягко заметил: «Это не для печати…»
Что ж, президент действительно не изменился. Факт.
Начнем с того, что еще месяц назад речь о замене областного хокима вообще не шла. Напротив – у президента сложилось мнение, что А. Бахромов достаточно успешно справляется с порученным делом, а посему его можно утвердить в качестве первого лица Самаркандской области. Утвердить, значит убрать унизительную и двусмысленную приставку и.о. – исполняющий обязанности. Премьер-министру даже было поручено провести собрание областного актива, на котором и предложить депутатам утвердить кандидатуру А. Бахромова, сделав его полноправным хозяином этого сложного во всех отношениях региона.
Однако Шавкат Мирзияев, движимый каким-то обостренным внутренним чувством, свойственным чиновникам подобного уровня, не спешил выполнять поручение, периодически откладывая его во времени на более поздний срок. Сейчас можно сказать, что эта осторожность оказалась отнюдь не лишней и фактически вывела премьера из-под удара первого лица государства.
Уверенным себя чувствовал и Аъзамхон Бахромов, тем более, что его продвижению по карьерной лестнице способствовала очень влиятельная фигура, формально находящаяся вне высших эшелонов власти.
Ситуация изменилась после того, как по линии Региональной антитеррористической структуры (РАТС) ШОС, а также по каналам родственных ей ведомств Узбекистана и СНГ поступила информация о некоем чеченце, который, по оперативной информации, был причастен к финансированию боевиков и имел солидный бизнес и связи с руководителями Самаркандской области. В перечне лиц, фигурировавших в добрых друзьях выходца с Кавказа, по некоторым данным, числился исполняющий обязанности хокима Самаркандской области Аъзамхон Бахромов.
Конфиденциальная информация тут же была доведена до сведения Ислама Каримова, после чего последовали соответствующие команды. Чеченский бизнесмен был задержан, однако, соблюдая вступившие в силу новые нормы закона, прокуратура направила материалы в суд для получения санкции на арест подозреваемого.
И тут произошло то, чего никто не ожидал. Судья санкции на арест не дал. Почему, сегодня пытаются узнать следователи, а может, и узнали уже. Предположить же истинные причины подобного решения судьи не сложно. Не исключена банальная взятка, но в совершенно неординарных, то есть особо крупных размерах. Впрочем, это пока только версия.
Представителя братского чеченского народа отпускают с миром, и он тут же покидает Самарканд. Дальнейшие поиски подозреваемого результатов не приносят.
Эта информация тут же ложится на стол Ислама Каримова и, естественно, приводит его в ярость. Дата внеочередного заседания кенгаша народных депутатов и внесение в повестку дня так называемого организационного вопроса определена в тот же день. Параллельно президент просит предоставить ему объективные и непредвзятые сведения о состоянии дел в Самарканде и области. Не только в сфере экономики, но и те, что касаются конкретных персоналий. В частности, тех, что имеют с ним родственные отношения либо эпизодически используют его имя в качестве «золотого ключика», открывающего любые административные двери.
Сведения также не вызывают восторга.
… В Самарканд Ислам Каримов прибывает отнюдь не в лучшем расположении духа и с твердым намерением в очередной раз показать всем, кто хозяин в Узбекистане. В очередной, поскольку схожую по терминологии и фактам попытку президент уже предпринимал в 1998 году, с треском снимая с должности хокима Самаркандской области Алишера Мардиева. Именно тогда, в 1998 году, Ислам Каримов в сердцах бросил уникальную по своей искренности и разочарованию фразу: «К кому пойдут люди, если сами служители закона преступники?»
Говоря о служителях закона, президент имел в виду сотрудников милиции, прокуратуры и, конечно же, администрации области, погрязшей в коррупции. Речь Ислама Каримова, с неподдельной болью оценивающего ситуацию в Самаркандской области, не прошла бесследно. Прокуроры попрятали дорогие иномарки или переоформили их на дальних родственников. Страна словно замерла, ожидая дальнейших действий главы государства по восстановлению справедливости. Люди воспрянули духом, убедившись, что президент с ними, что он не изменился, сохранив свойственную ему принципиальность…
Не дождались. Гром стих, молнии исчезли. Борьбы с коррупцией в масштабах республики не последовало. Отстраненный от должности областного хокима Алишер Мардиев немного отсиделся на скромных должностях, пережидая бурю. Тем более, что тогда она коснулась своим крылом и его свата – Генерального прокурора Узбекистана Буритоша Мустафаева, также лишенного места.
Вскоре, однако, все стало на свои места. Поостыв, президент вспомнил о бывшем Генеральном прокуроре и назначил его министром юстиции взамен ушедшего Абдусамата Палван-заде. Сват вспомнил о родственнике и, заручившись согласием главы государства, вернул его во власть в качестве заместителя начальника областного управления юстиции. Когда Б. Мустафаев стал председателем Конституционного суда, а затем и председателем Верховного суда Узбекистана, его сват А. Мардиев возглавил областное управление юстиции. В этом качестве он и пребывает по настоящее время.
Говорят, что сейчас А. Мардиев удачно совмещает государственную службу с прибыльным бизнесом, являясь совладельцем нескольких птицефабрик в Самаркандской области…
Возвращаясь к событиям десятилетней давности, можно напомнить, что тогда своих мест лишились очень многие влиятельные чиновники регионального уровня, включая начальника управления СНБ по Самаркандской области Валиджона Турдиева, через своих подчиненных занимавшегося вымогательством. В. Турдиева, правда, не осудили, ограничившись тем, что заставили вернуть в казну свыше 280 тысяч долларов США. По имеющимся сведениям, сейчас бывший чекист живет в Андижанской области, откуда и родом...
Однако вернемся к внеочередному заседанию кенгаша Самаркандского областного совета народных депутатов. Относительно полный текст выступления Ислама Каримова перед депутатами опубликован только на узбекском языке, на русском же языке текст подвергнут приличной кастрации.
Вполне вероятно, что таково было пожелание самого главы государства. Так вот, характеризуя ситуацию в Самаркандской области и деятельность чиновников областного звена управления, Ислам Каримов употребляет жесткое слово «купорувчи» (ошибки в правильном написании обусловлены отсутствием клавиатуры на узбекском языке). Самое мягкое значение термина – вредительство, самое жесткое – терроризм.
Узбекские газеты не расшифровывают, почему и в связи с чем президент употребляет эту характеристику. Постараемся восполнить этот информационный пробел. Ислам Каримов откровенно говорит депутатам, что в Самарканде есть люди, которые, по данным спецслужб ряда государств, причастны к финансированию международного терроризма. Более того, глава государства заявляет, что эти люди имели дружеские и коммерческие отношения с руководством области.
Депутаты испытывают шок от сказанного. А некоторые из присутствующих начинают нервно ерзать в креслах.
Далее президент напоминает о том, что в Узбекистане закон един для всех и в этой стране нет лиц, недосягаемых для закона. Он на минуту останавливается и оглядывает зал, как бы в поисках понимания важности того, что сказал. После чего совершает небольшой экскурс в историю, о которой необходимо рассказать непременно.
В начале восьмидесятых годов в отношении одного из братьев Ислама Каримова – Хуршида – было возбуждено уголовное дело по факту хищения социалистической собственности. Нынешний президент и тогда был влиятельной фигурой во власти, и этим решили воспользоваться самаркандские парламентеры, вознамерившиеся походатайствовать за брата.
Ответ Ислама Каримова на просьбу родственников хорошо известен, хотя я не помню, чтобы он упоминался в каких-то публикациях. Тогда Ислам Каримов сказал, как отрезал: «Если виноват, пусть отвечает по закону». На том встреча и завершилась.
В тезисной и сжатой форме президент напомнил депутатам ту теперь уже давнюю историю, после чего, жестко чеканя каждое слово, сказал: «Кому-то хочется думать, что я изменился с того времени и стал другим. Хочу сказать всем: я остался таким же и не изменился. Не верьте тем, кто прикрывается моим именем, пытаясь в обход закона решить свои дела».
Телекамеры, находившиеся в зале заседаний, остановились на лице председателя Самаркандского облпотребсоюза Азимхона Омонуллоева – племянника президента. Племянник опустил глаза…
Президент сделал паузу, еще раз оглядел зал, затем, развернувшись вполоборота к президиуму, уже более мягко заметил: «Это не для печати…»
Что ж, президент действительно не изменился. Факт.
Сергей Ежков
Просмотров: 10387 28 апреля 2008
Пересечения по теме
