Внешний вид Государственного герба Узбекистана, законодательно оформленный депутатами Верховного Совета 2 июля 1992 года, при ближайшем рассмотрении мало чем отличается от герба Узбекской ССР. Та же форма, те же колосья пшеницы и хлопковые коробочки, обрамленные лентами. Фантазии у депутатов того периода хватило лишь на то, чтобы вместо восходящего над планетой солнца и серпа и молота по центру, вставить никому доселе неведомую птицу, более похожую на курицу, скрещенную с павлином, напыжившуюся от чувства собственного превосходства.

Надо сказать, что из оставшихся в живых депутатов Верховного Совета, принимавших участие в обсуждении концепции Государственного герба, никто не вспомнил, откуда Хумо появилась вообще. Думаю, вряд ли сможет пролить свет на ту историю и бывший председатель президиума Верховного Совета Шавкат Мухитдинович Юлдашев. Свидетели той эпохи смогли вспомнить только один депутатский запрос - народный избранник с периферии поинтересовался, как птица выглядит сзади…

Сегодня узбекские пропагандисты пытаются убедить население своей страны и зарубежных граждан, что птица Хумо - символ счастья и достатка. Это абсолютно не соответствует действительности, так как, согласно тюркско-персидской мифологии, Хумо – кровожадная птица. Она пряталась в ветвях больших раскидистых чинар, под которыми любили располагаться

на отдых купцы. Как только купцы засыпали от усталости и длительных переходов, Хумо убивала их, грабила караваны и скрывалась в неизвестном направлении. Как я уже писал, эта птица – восточный аналог русского Соловья-Разбойника.

Что касается современных мифов, то в их существовании отчасти повинен и автор этой публикации. Каюсь и посыпаю голову пеплом.

1 июля 1997 года. На следующий день пятая годовщина со дня принятия Государственного герба Республики Узбекистан. Редактор правительственной газеты «Правда Востока» Александр Тимофеевич Пукемов вбегает ко мне в кабинет и бросает на ходу:

- Звонили из аппарата президента. Необходимо срочно сделать передовицу по поводу годовщины герба. Придумай что-нибудь, материал пойдет в номер.

Газетчики знают, что в подобных ситуациях голову лучше вообще не включать, поскольку это совершенно бессмысленное занятие. Я сел за машинку и в течение часа сочинил текст, в основе которого лежала легенда, якобы услышанная мною от старого аксакала высоко в горах. Легенда, естественно, про птицу Хумо – символ счастья. Не стану пересказывать ее полностью, замечу лишь, что передовая статья завершалась словами:

«Все говорят про птицу счастья, но я не знаю ни одного человека, который бы ее видел», - грустно завершил старик свою притчу. В чистом и звездном небе ярко светила Луна…»

2 июля 1997 года статья вышла на первой полосе «Правды Востока». В тот же день мне позвонил дотошный коллега, вскоре эмигрировавший в Израиль:

- Слушай, как это цензура материал пропустила?

Я сначала не понял, а почему цензор должен был его зарубить.

- Ты же сказал, что птицу счастья никто никогда не видел. Фактически ты лишил весь узбекский народ веры в богатое будущее! – с сарказмом произнес коллега, уже тогда стоявший одной ногой в другом государстве.

… Мне повезло. Этого нюанса не заметил более никто. 3 июля «легенду о птице Хумо, услышанную журналистом от старого аксакала высоко в горах», учителя уже рассказывали школьникам…